Много лет назад я шла по городскому саду. И увидела такую картину. Простая женщина, заплаканная, в чем-то отказывала высокому парню, видимо, сыну. Он выкручивал ей руку, дергал волосы, и что-то настоятельно требовал. По ним было видно, что оба в отчаянии. Из нескольких донесшихся слов, их поз и жестов, я поняла, парень требовал денег на наркотики, а женщина, плача, повторяла, на это не дам, на это не дам.
Я без сил опустилась на скамейку. Чем я могла помочь этой женщине? Этой матери? Только плакать потихоньку с ней вместе над ее страшным материнским горем, сидя на той скамейке.
Прошло много лет. Наверное, этого парня уже нет в живых. А его мать ходит на кладбище и вопрошает Бога, за что? За что?
Я знаю, за что. За то, чтобы где-то какой-то наркоделец поимел лишнюю пачку долларов. На эти доллары купил путевку в Таиланд со своей девицей. Повез ее развлекаться. Таиланд - замечательная страна третьего мира, в которой в отличие от прогрессивной Украины, за наркобизнес положена смертная казнь. Зато в ней так клево развлекаться на наркоденьги, заработанные в Украине.
Каждому свое.
Матери - слезы на кладбище. Дельцу – бабки и удовольствия.
Татьяна Анатольевна пришла ко мне с пачкой документов. Девять месяцев она ведет регулярную переписку с властями, а в квартире, расположенной этажом ниже, с той же регулярностью что-то происходит. Слышны равномерные удары, словно пестиком толкут в ступке. Затем изо всех щелей снизу поднимается удушливый смрад.
Я изучила соответствующую литературу. Теперь я знаю, что наркотики бывают трех видов: опиоидные, канабисные и синтетические. Синтетику вполне можно сварганить у себя на кухне. Знаю, что для этого требуется. Что растолочь и с чем смешать. Какие при этом поднимаются вверх летучие фракции. Но, естественно, описывать этот процесс и перечислять ингредиенты не буду.
Татьяна Анатольевна привела к себе знакомого наркомана. Он со знанием дела подтвердил, наркоту варят, ширку. Но кто ж наркомана слушать будет. На то, чтобы раскрыть преступление, у нас милиция есть. Есть
ОБНОН (отдел по борьбе с наркотиками). Целых три. Районный, городской и областной. Да только куда ни обращалась Татьяна Анатольевна, как тем пестиком о ступку. С той же регулярностью и тем же результатом.
Итак, первое заявление о том, что из нижней квартиры ежедневно и еженощно доносятся резкие химические запахи, от которых жжет в глазах и першит в горле, Татьяна Анатольевна написала в Таировское отделение милиции. В нижнюю квартиру был послан участковый. Он позвонил в дверь, конечно же, подождал несколько минут, пока ему открыли, вошел в квартиру и… ничего не увидел. Естественно. Кто ж ему покажет?
Зато Таировское РОВД получило возможность ответить заявительнице, что в подозреваемой квартире ровно ничего не происходит.
Тогда она написала в Киевский РОВД. Может там более совестливые люди сидят. Те переслали ее заявление в районный ОБНОН. Оттуда опять к участковому. Участковый позвонил в дверь, подождал, пока откроют, и… далее понятно. Кто ж ему покажет?
А женщине тем временем жить невмоготу. Внизу–то не пахнет. Летучие фракции поднимаются вверх.
Тогда она пишет в МВД Одесской области. Те спускают ее заявление до самого низу. Участковый звонит в дверь, ждет несколько минут, пока… ну и так далее.
Татьяна Анатольевна пишет заявление в СБУ: караул, задыхаюсь, пропадаю, помогите. Те опять спускают ее заявление «по самое не могу».
Ну, а дальше вы знаете, участковый звонит в дверь…
Татьяна Анатольевна пишет отчаянные заявления в УБНОН и на имя министра МВД Украины Могилева. В МВД ГУБОЗ ВВБ Одесской области. И отовсюда получает формальные отписки. Типа – проверено, факта производства наркоты в нехорошей, по вашим словам, квартире не установлено.
Такое впечатление, что все эти солидные силовые организации просто спрятались за спину участкового, взвалив на него весь груз ответственности, иди проверяй. Ну, тот идет, звонит в дверь…
Настойчивая Татьяна обращается в за помощью в Генеральную прокуратуру Украины. ГПУ дает УМВД указание принять решение согласно действующему законодательству. Кроме того, прокуратура Киевского района многократно дает такие же указания Таировскому отделению милиции.
Но, видимо, одесской милиции всякие там прокуратуры, как в той пословице. Собака лает, караван идет.
А тем временем в квартире Татьяны Анатольевны, что ни ночь, то ядовитый смог. Тогда она зовет на помощь знакомых, и они по очереди, в разные дни ночуют в ее квартире.
Из письменного свидетельства Натальи Юрьевны: «Я ночевала у Татьяны Анатольевны, нас было трое пришедших, и все чувствовали удушающий запах, который доносился с окон и щелей квартиры, расположенной ниже. Запах был синтетического происхождения (никак не натурального!), похожий на выпаривание каких-то химических соединений. Я неоднократно заходила к Татьяне вечерами, и постоянно там присутствовал такой же запах. Находиться в этой квартире было невозможно. Когда мы ночевали, в три часа ночи проснулись от резкого, едкого запаха, который выедал слизистые глаз, носа, горла. Подпись».
Из письменного свидетельства Инны Петровны: «Подтверждаю, что ночевала у Т.А. и чувствовала запах для меня незнакомый. Запах не пищевой, не подгоревшей еды, не краски, а запах чего-то жженного, возможно, химического вещества. Запах едкий, вызывал першение в горле. В этой квартире тяжело находиться даже непродолжительное время, не говоря о том, чтобы постоянно жить. 11.07.2011г. Подпись»
Такие письменные свидетельства Татьяна Анатольевна дала мне от шести разных людей. Естественно, ранее она те же свидетельства предоставила в районный ОБНОН.
Результат? Участковый звонит в дверь (рельсу, колокольчик, велосипедный звонок, выбирайте, что хотите) и ждет, пока… Далее вы уже знаете. Звонит, заметьте, днем, а ширку вообще-то варят по ночам. По ночам и отмечали свидетели невозможный удушающий запах в квартире Татьяны Анатольевны.
Одна квартира на улице Королева в Одессе – это всего лишь маленькая, зачуханная точка. Но она не может не входить в широкую мощную, далеко не зачуханную сеть. Вот бы нашим обноновцам потянуть за ниточку, вытащить весь клубок. Сама удача в руки прет. Ан нет. Силенок не хватает, умения? Так уступите место тем, у кого хватает. Вам именно за это зарплату государство платит, за борьбу с наркотиками, а не пустые отписки.
Так что, дело не в нехватке умения. А именно в том, что маленькая зачуханная точка входит в эту самую, большую, мощную далеко не зачуханную сеть. А у нее мощные хозяева и сильные покровители.
Каким образом можно покончить с бизнесом, приносящим сумасшедшие прибыли, в насквозь прогнившей коррумпированной стране? На мой взгляд, есть только два пути: первый - таиландский. Ввести смертную казнь за наркобизнес. Но на это никто не пойдет. Это ж надо будет всю нашу верхушку переказнить, кто ж страной управлять останется? Путь второй, по-моему, в наших условиях самый приемлемый и думаю, достаточно эффективный. Отснять видеоролики, в которых показать дорогу наркотика от первого приема (любопытство, глупость, за компанию и т.д.) и до самого конца, до конечной стадии наркомана. Показать те страшные кадры заживо гниющих совсем молодых людей, которые я видела в YouTube и несколько ночей не могла спать. Показывать эти ролики в обязательном порядке во всех школах, начиная с пятого класса. Ввести в школьную программу. Если не можем снести голову гидре наркобизнеса наверху, попытаться подрубить ему ноги. Думаю, очень многие школьники, пройдя такое визуальное обучение, откажутся от соблазна «попробовать только один раз», потому что именно с одного раза начинается неминуемое обрушение человека вниз. В могильную яму.
Возвратимся к нашей истории. Письменные свидетельства шести людей – это уже не одно заявление одинокой немолодой женщины, которую и сумасшедшей не грех объявить. Приходится реагировать.
И 30-го апреля к Татьяне Анатольевне приходят сотрудники милиции Киевского РОВД: А. Юрченко, А. Пашковский, В. Семчук. Приходят несколько дней подряд. Люди опытные в таких делах, они сами консультируют хозяйку - вот это таблетки такого-то вещества толкут, слышите стук? А вот это запах такого-то реактива пошел. Чувствуете?
Да чувствует, чувствует, еще как!
Товарищи, опытные в наркотических делах милиционеры, пообещали, вот мы доложим обстановку начальнику ОБНОН Киевского РОВД О. Соколову, он примет решение и даст указание о задержании. Будем преступников ночью брать.
Однако О.Соколов, получив донесение, резко изменил мнение своих подчиненных. Татьяне Анатольевне было объявлено, что все обвинения с нехорошей квартиры сняты, а у нее видать галюники появились, к врачу пора.
Через три часа после того, как опытные в наркотических делах милиционеры, объяснили женщине, что у нее начались галюники, и отбыли восвояси, в квартиру снова начал поступать удушающий запах.
И дело не только в том, что гражданка Украины, имеющая все права на нормальную жизнь, здоровье и чистый воздух медленно, но верно отравляется в своей квартире. Пока действует внизу эта маленькая зачуханная точка, с которой якобы не может, а на самом деле не хочет справиться целое европейское государство, из нее продолжают поступать во все стороны пакетики со смертоносным содержимым. За девять месяцев борьбы этой простой настойчивой женщины за свое право не дышать ядовитыми газами, сколько еще мальчиков и девочек укололось этой гадостью, сколько их приблизилось к смерти, и сколько новых впервые вступило на ведущий к могиле путь?
Девять месяцев это двести семьдесят пять дней. Двести семьдесят пять порций смерти. На каждый пакетик по пять-шесть человек. Полторы тысячи инъекций, гробящих наших молодых соотечественников.
Зато сколько долларов за это время прибавилось в пачках наркодельцов, сколько еще девиц они смогут свозить в Таиланды!
Синтетические наркотики самые легкие в изготовлении и самые опасные. Привыкание и зависимость наступают со второго, а иногда, даже с первого раза! Зато они самые прибыльные.
Я смотрю видео в YouTube. В инвалидном кресле сидит юноша 20 лет. Он наркоман на коаксиле. Его левая нога от паха до колена черная, дальше вниз что-то непонятное, какие-то две белые палки, а еще ниже мокрая черная масса, опущенная в ведро, чтоб не текло на пол. Приглядываюсь – эти две белые палки – кости ноги, с которых уже отвалилось мясо, а черная масса внизу, опущенные в ведро остатки стопы. Врач в резиновых перчатках собирается отпилить кости, чтобы выкинуть волочащиеся остатки стопы. Парень жалобно просит дать ему обезболивающее, наркоз. Врач говорит, не бойся, здесь уже все давно умерло, больно не будет. Сейчас я это отпилю, и тебе станет легче. Ты куда коаксил колол, в паховую вену?
Дальше я смотреть не стала, не смогла. Сколько же таких парней накололось за те девять месяцев, что Татьяна Анатольевна настойчиво стучалась во все двери солидных государственных инстанций, якобы абсолютно импотентных?
Они проверяли, а жалобы не подтвердились. Каким образом проверяли, спрашивали самих изготовителей наркотиков, а не готовите ли вы, уважаемые товарищи, ширку? А те возмущенно мотали головой, да вы шо, граждане начальники, падлой буду, если так! Век свободы не видать!
У нашего ОБНОН истощился запас всех оперативных мероприятий? Они не знают, как найти информаторов? Разучились? А почему никто не допросил те шесть человек, которые ночевали в квартире Татьяны Анатольевны и дали письменные показания? У них тоже галюники? А самим товарищам Юрченку, Пашковскому, Семчуку слабо ночью наверху в засаде посидеть, и как только пойдет запах, дать сигнал, чтобы оперативная группа навалилась? Темноты они боятся, что ли… А-а, я ж забыла, им начальник ОБНОН Олег Соколов запрещает. А провести в квартире Татьяны Анатольевны анализ воздуха на посторонние примеси и выяснить, откуда они идут, тоже слабо?
Татьяна Анатольевна пишет заявление главному санитарному врачу области Любови Засыпке.
Вот оно дословно.
«Прошу сделать замеры воздуха в моей квартире. Полное исследование. В частности на спирт, выпаривание эфедрина, йод, кристаллы красного фосфора, ацетиленовую кислоту».
На этом заявлении Л. Засыпка пишет в углу своей рукой:
«Болотніковій Л.В. Якщо можливо це зробити, проведіть дослідження. Підпис».
Затем Татьяна получает вот такой ответ от 14.06.11г. за номером 35/2997:
«Шановна Тетяна Анатоліївна!
Розглянувши Ваше звернення, повідомляю, що на теперішній час в розпорядженні державної санепідслужби немає атестованих методів дослідження перелічених Вами речовин в повітряному середовищі.
Головний державний
санітарний лікар
Одеської області Л.Г. Засипка
Виконавець Л.В. Болотнікова»
Интересно. Когда Засыпка писала свое распоряжение, она же знала, что у нее в арсенале есть, и чего нет. Можно было бы ограничиться в статье только цитированием документов. Но я подумала, а вдруг у Засыпки были объективные причины, надо разобраться. И моя добросовестность погнала меня по жаре и пыли в Областную СЭС. Но, как известно, всякое добро бывает наказуемо.
Пообщаться с главврачом не получилось, у нее была проверка из Киева. А в приемной сидело некрасивое, не могущее понять, о чем я говорю, но зато очень самоуверенное существо, по видимому, секретарша. В ответ на мою просьбу связать меня с Людмилой Владимировной Болотниковой, отвечавшей заявительнице, я услышала, что существо сидит в приемной не просто так: «я сюда не само пришло, меня сюда посадили». Еще у нее громадные связи с СБУ, милицией и прокуратурой. И она мне устроит огромные неприятности, жуткие, у меня таких еще не было. Последнего я ничуть не испугалась, но мысли потекли в следующем направлении: странная реакция на журналистское удостоверение. Если существо настолько наглое и хвалится связями в милиции, то может ее посадили в приемной главврача СЭС, чтоб она там мониторила, кому какое исследование проводят, на какие ингредиенты? Через нее же все документы проходят. Это, конечно, только предположение, но окунувшись в детективную атмосферу, окружающую квартиру № 58 по Королева 51/1 можно подумать все. Во всяком случае, если ее туда посадило СБУ, то это большая промашка. Трудно найти более безмозглую креатуру, если она этим козыряет перед корреспондентом газеты.
И все-таки, есть реагенты или нет на токсические вещества в квартире Татьяны Анатольевны?
На спирт, что ли нету? Одолжите у гаишников хотя бы тот приборчик, которым на алкоголь водителей проверяют. Примитивный такой. Ну, на красный фосфор может и нет. Хотя слабо верится, что на йод тоже не имеется. Ну, предположим. Но ведь заявительница просила провести «полное исследование». Она простой человек, не кандидат химических наук, что написала, то написала. Но ведь в таком случае главный санитарный врач области должна схватиться за голову, что происходит, наркотики изготовляют! И немедленно послать специалистов на забор воздуха и исследование его на токсические вещества вообще, а не те, что указала гражданка.
Но у Любовь Засыпки то ли времени нет, то ли ей та самая «агентиха СБУ» запретила. А она ее очень боится. То ли за многие годы сидения в державном кресле она уже давно растеряла молодой задор…
Но молодой задор нашелся у нас с Татьяной. И 18 июля 2011 года в терпящей зловонное бедствие квартире появились приборы. И реагенты. Все что нужно, только нелегально.
Вот результаты исследования.
Концентрация посторонних примесей в мг/м куб.
Гексан - предельно допустимая концентрация 0,01. В квартире – 0,020666
Ацетон - предельно допустимая концентрация 0,35. В квартире – 0,56562
Формальдегид - предельно допустимая концентрация 0,003. В квартире – 0,015
Бензол – предельно допустимая концентрация 0,1. В квартире – 0.077237
Стирол - предельно допустимая концентрация 0,002. В квартире – 0,0239
Итак, каждая из этих ядовитых примесей находится в воздухе, которым дышит Татьяна Анатольевна, в объеме, превышающем ПДК (предельно допустимая концентрация) минимально в два раза, а стирол почти в 12 раз!
Читаем справочник по химии:
«Свойства:
Стирол легко окисляется, и сополимеризуется с различными мономерами. Полимеризация происходит уже при комнатной температуре (иногда со взрывом), поэтому при хранении стирол стабилизируют антиоксидантами (делают ли это жильцы нехорошей квартиры?)
Применение:
Стирол применяют для производства полимеров. Многочисленные виды полимеров на основе стирола включают полистирол, модифицированные стиролом полиэфиры,
пластики АБС (акрилонитрил-бутадиен-стирол) и САН (стирол-акрилонитрил). Так же стирол входит в состав напалма (любопытно!)
Токсичность:
Пары стирола раздражают слизистые оболочки; предельно допустимая концентрация в воздухе 0,005 мг/дм³. Стирол токсичен, средняя летальная доза составляет около 500-5000 мг/кг для крыс. Стирол относится к третьему классу опасности».
(Разница в цифрах 0,002 и 0,005 обусловлена тем, что в первом случае измеряется концентрация на метры кубические воздуха, а во втором – на дециметры).
Итак, у нас получилось замерить токсины в воздухе, а у ОБНОН не получалось. У нас есть реагенты, а у целой Областной СЭС нет. Чем это объяснить?
Плохо то, что произведенные без санкции главного санитарного врача, замеры официально не считаются! Я даже не могу привести здесь скан данных исследования, потому что по номеру детектора можно будет вычислить людей, пошедших нам навстречу, и уволить их за то, что они выполнили ту работу, которую должен был выполнить ОБНОН. Это не мы с Татьяной должны заботиться о доставке приборов в ее квартиру, это прямая и непреложная обязанность милиции обратиться к главному санитарному врачу области, и обязать ее провести исследование в квартире заявительницы, если уж ее саму не колышет, производятся под той квартирой наркотики, или нет.
Однако шесть письменных свидетельств дееспособных граждан плюс, пусть не санкционированное, но весьма красноречивое обследование воздуха – это ли не основание для постановления о начале массированных оперативных действий?
Как бы не так!
Татьяна Анатольевна обращается к Народному депутату Украины Е.И. Царькову с воплем о помощи. Тот просит областную милицию вмешаться и помочь. И Татьяна получает копию ответа начальника Главного управления МВД Украины в Одесской области М.В. Яцкова. А в этой копии говорится о том, что заявительница, так же и другие жильцы вышеозначенного дома, неоднократно и необоснованно (!) беспокоили двух жителей Молдовы, арендующих квартиру № 58 по ул. Ак. Королева 51/1 по поводу якобы изготовления в данной квартире наркотиков, однако никаких признаков данного преступления обнаружено не было.
Кем обнаружено не было не сказано. Жильцами дома? Заметьте, не одна уже Татьяна Анатольевна, а несколько жильцов дома штурмуют данную квартиру. Наверное, у всех галюники.
Дальше - больше. Татьяна Анатольевна получает ответ замначальника главного управления по борьбе с наркотиками в Одесской области В.В. Дулгера.
Цитирую: «…проведена перевірка професійних дій працівників міліції, які розглядали Ваші попередні звернення, та об,єктивності прийнятих ними рішень, недоліків не виявила.
З урахуванням того, що неодноразовими перевірками причетності мешканців квартири № 58, будинку 51/1 по вул. Ак. Корольова, в м. Одесі до незаконих дій з наркотиками не встановлено, у відповідності з п. 2 ст 8 Закону України «Про звернення громадян», Ваші подальші скарги по даному питанню розглядатися не будуть».
Неоднократные проверки – это визиты участкового, который звонил в рельсу?
Вы, товарищи майоры и полковники милиции, совсем что ли, не имеете в запасе других методов, кроме рельсы? Или откровенно крышуете маленькую зачуханную точку, которая входит в могучую, отнюдь не зачуханную сеть?
Если у нашей милиции в методах оперативной разведки помимо рельсы ничего нет, то чувство юмора у них определенно имеется. Поэтому Татьяна Анатольевна кроме предыдущего ответа, получила еще такое письмо от того же начальника Главного управления МВД Украины в Одесской области М.В. Яцкова.
Цитирую: «УБНОН ГУМВС України в Одеській області проведена перевірка Вашої заяви
про виготовлення наркотиків за адресою: м. Одеса, вул. Ак. Корольова, 51/1 кв № 58. Факти викладені в Вашій заяві, в частині виготовлення наркотиків не знайшли свого підтвердження.
Будемо вдячні Вам за своєчасне інформування УБНОН ГУМВС в Одеській області за адресою: м. Одеса, пр-т Шевченка 15/5, про всі відомі Вам факти протиправної діяльності осіб, які причетні до незаконного обіга наркотиків». (Выделено мною – авт.)
Понятно. В милиции лишние шаблоны для отписок накопились, надо их в дело пустить.
Фашисты написали на воротах Бухенвальда: «Edem das Zaine!» – каждому свое!
Спустя почти век в цивилизованной стране действует та же доктрина: каждый вкушает «свое».
Милиция и ОБНОН строчат отписки и звонят в рельсу.
Наркодельцы, послюнив жадные пальцы, пересчитывают пачки долларов.
А матери на кладбищах обливают слезами кресты на могилах своих дочерей и сыновей, напрасно взывая к Господу, за что? За что?
